16 июля 2026 года Узбекистан вошел в число 29 государств — учредителей Всемирной организации сотрудничества в области искусственного интеллекта (WAICO). О том, как новое объединение позволит Центральной Азии преодолеть технологический разрыв, где проходит грань между защитой общества и свободой инноваций и почему Ташкенту важно формировать международные правила игры уже сейчас, в интервью Kursiv Uzbekistan рассказал председатель Центрально-Азиатской ассоциации ИИ (AICA) Владимир Норов.
— Владимир Имамович, как опытный дипломат и руководитель Центрально-Азиатской ассоциации искусственного интеллекта как вы оцениваете учреждение Всемирной организации сотрудничества в области ИИ? Может ли она стать влиятельным элементом формирующейся системы глобального управления искусственным интеллектом?
— Я рассматриваю учреждение Всемирной организации сотрудничества в области ИИ (WAICO) как исторический шаг, знаменующий переход от технологического соперничества к институциональному строительству.
Подписание соглашения 29 государствами 16 июля 2026 года в Шанхае — это не просто создание еще одной структуры, а рождение постоянно действующей межправительственной платформы.
Искусственный интеллект перестал быть просто технологической инновацией — он становится стратегической инфраструктурой, сравнимой с электричеством, интернетом и космическими технологиями.
Поскольку ИИ быстро трансформирует экономику, здравоохранение, образование, производство, финансы и государственное управление, мир все больше осознает, что ни одна страна не может эффективно справиться с его возможностями и рисками в одиночку.
В отличие от консультативных форматов, WAICO нацелена на трансформацию политических деклараций в практические механизмы сотрудничества по стандартам, безопасности и развитию потенциала.
Это особенно важно для стран Глобального Юга, a также стран Центральной Азии, которые получают инструмент для преодоления технологического разрыва, а не просто наблюдательную роль.
Может ли WAICO стать влиятельным элементом глобального управления? Да, но при одном условии: ее авторитет будет определяться не количеством членов, а способностью обеспечивать реальные результаты, подобно тому, как это происходит в ВТО или МАГАТЭ.
WAICO предлагает институциональную основу для выработки общих технических стандартов, трансграничной координации и совместной ответственности.
В формирующейся архитектуре XXI века WAICO имеет все шансы занять место в одном ряду с климатической политикой и кибербезопасностью.
Однако ее влияние будет зависеть от того, насколько успешно удастся перевести декларации о поддержке развивающихся экономик в конкретные инициативы по обмену знаниями и наращиванию потенциала.
Уверен, что WAICO станет ключевым элементом новой системы управления при условии, что она сохранит баланс интересов и будет действовать на принципах прозрачности и инклюзивности, заложенных в Уставе ООН. Это не просто очередной шаг, а важная веха в обеспечении того, чтобы ИИ служил общему благу человечества.
— Китай представляет новую организацию как площадку, призванную учитывать интересы стран Глобального Юга и сокращать технологическое неравенство. Что, на ваш взгляд, должно стоять за этими заявлениями на практике?
— За декларациями о сокращении технологического разрыва должны стоять три практических измерения, подтвержденных конкретными механизмами.
Первое — институционализация, а не декларативность. Данные «Глобального индекса ответственного ИИ — 2026» показательны: при 126 принятых национальных стратегиях у 78% государств Глобального Юга эти механизмы остаются необязательными к исполнению (против 42% на Севере), а уровень внедрения составляет лишь 45%. Это означает, что проблема не в отсутствии планов, а в недостатке независимых надзорных органов, бюджетных строк и процедур контроля.
Поэтому практическая ценность WAICO будет измеряться не числом подписанных меморандумов, а количеством созданных в странах — участницах регуляторных структур и объемом реального финансирования их работы.
Второе — системная интеграция кадров вместо разовых тренингов. Обязательство подготовить 5000 специалистов из развивающихся стран за пять лет обретет смысл только тогда, когда эти люди будут встроены в региональные ИИ-экосистемы через совместные лаборатории с ШОС, БРИКС, АСЕАН и Африканским союзом. Речь идет об участии в адаптации моделей к локальным языкам, климатическим условиям и экономическим задачам, а не просто о сертификатах о повышении квалификации. Только так знания превращаются в суверенную компетенцию.
Третье — технология как общественное благо, а не демонстрационный доступ. Предоставление 30 государствам доступа к китайской системе раннего предупреждения MAZU должно сопровождаться передачей методик калибровки и обучением местных команд эксплуатации.
Для стран Центральной Азии, остро зависящих от мониторинга водных ресурсов и климатических рисков, это могло бы стать пилотным проектом, доказывающим, что ИИ служит устойчивому развитию, а не геополитическим задачам.
Таким образом, за китайскими заявлениями должны стоять институты, непрерывность и технологическая открытость. WAICO станет реальным инструментом преодоления неравенства только в том случае, если эти три критерия получат измеримые результаты в каждой стране-участнице, а не останутся в рамках общей повестки.
— Инициатива появилась на фоне усиливающейся технологической конкуренции между странами. Способна ли новая организация объединять государства с разными интересами и что для этого необходимо?
— Способна ли WAICO объединять государства с разными интересами — вопрос не риторический, а практический. История знает примеры, когда даже в условиях острого соперничества находились точки соприкосновения: авиационная безопасность, морское право, контроль над ядерными материалами — эти сферы пережили холодную войну именно потому, что разрыв в них создавал риски для всех без исключения. Искусственный интеллект сегодня встает в тот же ряд: системные угрозы не признают границ.
Но сегодняшняя реальность сложнее. Формируются два самостоятельных центра выработки международной ИИ-повестки.
Один, представленный WAICO, строится вокруг развития, государственного суверенитета и сокращения технологического разрыва. Другой — вокруг безопасности, прав человека и технологического лидерства — выражен в европейском AI Act и американских подходах к регулированию и контролю цепочек поставок.
На WAIC-2026 прозвучала характеристика открытого ИИ как «исторической возможности» и предупреждение о риске «новых исторических несправедливостей» из-за неравного доступа.
Это не просто декларация — это фиксация глубинного раскола в том, что разные стороны вкладывают в понятие «ответственный ИИ».
Способность WAICO объединять стороны будет зависеть не от амбиций, а от следующих условий.
Первое — признание множественности моделей, а не навязывание единой. Европейский подход — риск-ориентированный, обязывающий, с экстерриториальным действием. Американский — более фрагментированный, с акцентом на инновации и экономическую безопасность .
WAICO не сможет их отменить или заменить. Ее задача — стать площадкой, где эти модели не сталкиваются, а сопрягаются через совместимые технические стандарты и взаимное признание оценок рисков.
Успех измеряется не числом подписантов, а тем, сколько стран с разными регуляторными философиями смогут использовать общие протоколы безопасности.
Второе — переход от геополитического позиционирования к институциональному диалогу. WAICO следует рассматривать прежде всего как механизм координации, а не как инструмент противостояния.
Это означает фокус на экспертных сетях, совместных научных исследованиях и рабочих группах по узким, но критическим вопросам: безопасность моделей, управление вычислительными ресурсами, предотвращение дезинформации.
Именно такие форматы сохраняли каналы связи даже в периоды, когда политический диалог заходил в тупик. Таким образом , WAICO способна объединять, но не через отрицание различий, а через создание «зон совместимости».
Ее влияние будет определяться не тем, сколько стран она соберет под своим флагом, а тем, сможет ли она предложить практические решения для проблем, которые ни одна страна не решает в одиночку — от безопасности моделей до сокращения цифрового разрыва.
— Как вы оцениваете само решение Узбекистана войти в число государств — учредителей организации? Какое место наша страна могла бы занять в этой международной структуре?
— Решение Узбекистана войти в число государств — учредителей WAICO представляется своевременным и стратегически выверенным.
Практика формирования международных организаций показывает, что именно государства-учредители получают возможность участвовать в разработке правил управления, механизмов принятия решений, формировании экспертных и технических комитетов, а также определении долгосрочных приоритетов организации.
Поскольку институциональная архитектура WAICO только формируется, участие с самого начала позволяет Узбекистану не только адаптироваться к новым международным правилам, но и участвовать в их создании.
Сегодня Узбекистан последовательно формирует национальную экосистему искусственного интеллекта как одно из ключевых направлений цифровой трансформации страны.
Государственная политика ориентирована не только на внедрение ИИ в государственном управлении и экономике, но и на развитие научных исследований, подготовку кадров, создание современной цифровой инфраструктуры и формирование благоприятной нормативной среды.
В числе приоритетов — масштабное внедрение технологий искусственного интеллекта в здравоохранении, сельском хозяйстве, энергетике, промышленности, налоговом и таможенном администрировании, развитие национальных языковых моделей и цифровых сервисов, а также создание условий для привлечения инвестиций и развития отечественных ИИ-стартапов.
Именно наличие такой комплексной государственной повестки позволяет рассматривать Узбекистан в WAICO не только как участника, заинтересованного в получении технологий и экспертизы, но и как государство, способное предлагать собственные инициативы.
Страна может стать одной из ведущих площадок по обмену лучшими практиками внедрения ИИ в государственном секторе, развитию международного сотрудничества в сфере подготовки кадров, реализации совместных исследовательских проектов и выработке подходов к ответственному и этичному использованию искусственного интеллекта.
Таким образом, участие в числе государств-учредителей соответствует долгосрочным национальным интересам Узбекистана и создает возможности для укрепления его роли как одного из региональных центров развития искусственного интеллекта и активного участника формирования международной архитектуры управления ИИ.
— Какие направления сотрудничества могли бы иметь для Узбекистана наибольшую практическую ценность?
— Участие в WAICO открывает для Узбекистана возможности не только для обмена опытом, но и для реализации национальной стратегии развития искусственного интеллекта через международное сотрудничество.
Одним из ключевых направлений является доступ к современным вычислительным ресурсам, передовым технологиям и международной цифровой инфраструктуре. Для Узбекистана, который ставит цель стать региональным ИИ-хабом Центральной Азии, это создает дополнительные возможности для развития центров обработки данных, облачных платформ и высокопроизводительных вычислений.
Не менее важным направлением является создание совместных исследовательских центров, развитие академических консорциумов и подготовка высококвалифицированных специалистов.
WAICO может стать эффективной площадкой для объединения научного потенциала университетов, исследовательских организаций и технологических компаний, ускоряя трансфер знаний и внедрение инноваций.
Особое значение для Узбекистана имеет сотрудничество в разработке собственных языковых моделей и формировании качественных национальных датасетов.
Это позволит создавать ИИ-решения, адаптированные к узбекскому языку и национальным особенностям, а также расширять применение искусственного интеллекта в государственном управлении, образовании, здравоохранении и других отраслях экономики.
Кроме того, WAICO способна стать платформой для привлечения высокотехнологичных инвестиций, реализации совместных проектов и продвижения лучших практик внедрения искусственного интеллекта.
Такое сотрудничество будет способствовать формированию современной ИИ-экосистемы и укреплению позиций Узбекистана как одного из ведущих центров развития искусственного интеллекта в Центральной Азии.
— Казахстан также присоединился к новой организации. Насколько реалистично формирование согласованной центральноазиатской позиции по вопросам развития и регулирования ИИ? Может ли регион выступать не только потребителем зарубежных технологий, но и предлагать собственные решения и инициативы?
— Формирование согласованной позиции стран Центральной Азии по вопросам развития искусственного интеллекта выглядит вполне реалистичным, прежде всего благодаря активному сотрудничеству Узбекистана и Казахстана в сфере цифровой трансформации.
За последние годы страны существенно расширили взаимодействие между министерствами цифрового развития, IT-парками, университетами и инновационными центрами, реализуют совместные образовательные программы, поддерживают технологическое предпринимательство и обмениваются опытом в развитии электронного правительства и цифровых сервисов.
Важным примером является сотрудничество между IT Park Uzbekistan и Astana Hub, направленное на поддержку стартапов, развитие инновационной экосистемы и создание благоприятных условий для выхода технологических компаний на региональные и международные рынки.
Одновременно развивается взаимодействие университетов и исследовательских центров двух стран в области подготовки специалистов по искусственному интеллекту, анализу данных и цифровым технологиям.
Вступление Узбекистана и Казахстана в число государств — учредителей WAICO создает возможности вывести это сотрудничество на качественно новый уровень.
Организация может стать площадкой для запуска совместных исследовательских проектов, разработки региональных языковых моделей, создания общих наборов данных, обмена вычислительными ресурсами и формирования согласованных подходов к регулированию искусственного интеллекта.
При этом Центральная Азия обладает собственной нишей в глобальной ИИ-экосистеме.
Вместо конкуренции с мировыми лидерами в создании универсальных моделей страны региона могут совместно разрабатывать прикладные решения для сельского хозяйства, управления водными ресурсами, транспортно-логистических коридоров, энергетики и цифровых государственных услуг.
Именно такие проекты способны стать практическим вкладом Центральной Азии в деятельность WAICO и укрепить позиции региона как одного из новых центров развития искусственного интеллекта.
— Какую роль в выработке такой региональной повестки может сыграть возглавляемая вами Центрально-Азиатская ассоциация искусственного интеллекта?
— Центрально-Азиатская ассоциация искусственного интеллекта (AICA) может стать для WAICO естественным региональным партнером, обеспечивающим взаимодействие между государственными органами, научным сообществом, университетами, технологическими компаниями и институтами гражданского общества.
Международная практика показывает, что именно профессиональные ассоциации и отраслевые ННО играют ключевую роль в реализации международных инициатив в сфере искусственного интеллекта, выступая организаторами экспертного диалога, совместных исследований, образовательных программ и трансфера лучших практик.
AICA уже имеет опыт реализации подобных международных проектов. Ассоциация сотрудничает с университетами, аналитическими центрами, ассоциациями искусственного интеллекта Шеньчженя, Шанхая, Пекина и Сианя, технологическими организациями Китая, включая совместные проекты с Пекинским университетом иностранных языков по развитию ИИ-грамотности, созданию совместных лабораторий, подготовке преподавателей и молодежных программ в сфере искусственного интеллекта.
Кроме того, AICA взаимодействует с международными экспертными площадками в рамках ШОС, где была выдвинута инициатива создания Альянса искусственного интеллекта «Центральная Азия — Китай», предусматривающая развитие сети исследовательских центров, академической мобильности и совместных инновационных проектов.
В этой связи установление рабочих контактов с WAICO является логичным следующим шагом.
AICA могла бы выступить региональным координатором совместных проектов, объединяя потенциал стран Центральной Азии для реализации инициатив в области подготовки кадров, разработки региональных языковых моделей, обмена экспертными знаниями, проведения международных форумов и пилотных проектов по внедрению искусственного интеллекта в государственном управлении, образовании, сельском хозяйстве и других отраслях.
Такой формат сотрудничества позволит не только усилить участие Центральной Азии в деятельности WAICO, но и сформировать устойчивую региональную площадку для продвижения совместных инициатив, представляющих интерес как для государств региона, так и для других стран — участников организации.
— Одной из ключевых проблем для Узбекистана остается нехватка квалифицированных ИИ-инженеров и исследователей. Как международное сотрудничество может помочь создать полноценную систему подготовки кадров внутри страны и одновременно снизить отток наиболее перспективных специалистов за рубеж?
— Дефицит квалифицированных специалистов сегодня является одним из главных вызовов для развития искусственного интеллекта не только в Узбекистане, но и во многих странах мира.
В этих условиях особую ценность приобретает международное сотрудничество, позволяющее не просто готовить отдельных специалистов, а создавать внутри страны устойчивую систему подготовки кадров и научных исследований.
Именно здесь WAICO может стать важной платформой для Узбекистана. Организация способна объединить университеты, исследовательские центры и технологические компании для реализации совместных образовательных программ, академических обменов, стажировок, подготовки преподавателей, создания международных ИИ-лабораторий и проведения прикладных исследований.
Такой подход позволит передавать компетенции непосредственно национальным университетам и исследовательским институтам, формируя собственные научные школы.
По данным ОЭСР, в 2025 году на ИИ-компании пришлось 61% мировых венчурных инвестиций ($258,7 млрд), при этом быстрорастущим направлением стали вычислительная инфраструктура и центры обработки данных, привлекшие $109,3 млрд за год.
Это означает, что подготовка кадров должна сопровождаться развитием национальной исследовательской базы: высокопроизводительной вычислительной инфраструктурой, расширением доступа университетов к GPU и суперкомпьютерам, интеграцией отечественных исследовательских коллективов в международные консорциумы и совместными лабораториями с ведущими компаниями.
Устойчивые национальные ИИ-экосистемы формируются вокруг трех взаимосвязанных элементов: вычислительных мощностей, научных исследований и постоянного взаимодействия университетов с бизнесом. Это соответствует рекомендациям ОЭСР и требует целостного подхода.
Узбекистан уже последовательно реализует проекты по созданию ИИ-лабораторий, развитию вычислительных мощностей, цифровой инфраструктуры и расширению применения искусственного интеллекта в государственном управлении и ключевых отраслях экономики.
Участие в WAICO позволит дополнить эти усилия доступом к международной экспертизе, совместным исследованиям и технологическим партнерствам.
Практика показывает, что талантливые специалисты остаются там, где есть возможность работать над масштабными проектами, пользоваться современной инфраструктурой и участвовать в международных исследованиях.
Поэтому развитие сотрудничества в рамках WAICO может стать одним из факторов формирования в Узбекистане полноценной ИИ-экосистемы, способной не только готовить специалистов мирового уровня, но и создавать для них условия для профессиональной самореализации внутри страны, укрепляя позиции Узбекистана как регионального центра развития искусственного интеллекта.
— Международные стандарты безопасности и этики ИИ могут повысить доверие к технологиям, но чрезмерное регулирование способно затормозить развитие бизнеса. Где, на ваш взгляд, проходит разумная граница между защитой общества и сохранением свободы для инноваций, особенно в развивающихся странах?
— Международный опыт показывает, что эффективное регулирование искусственного интеллекта должно быть риск-ориентированным и пропорциональным. Именно такой подход сегодня поддерживают ОЭСР, ЮНЕСКО и ООН: регулироваться должны прежде всего сферы с высоким уровнем потенциального риска для прав человека, безопасности и критической инфраструктуры, тогда как для инновационных разработок необходимо сохранять пространство для экспериментов и технологического развития.
Для развивающихся стран, и в частности Узбекистана, особенно важно не копировать наиболее жесткие зарубежные модели регулирования, а формировать гибкую систему управления ИИ, которая одновременно обеспечивает доверие общества и создает благоприятные условия для инноваций. Поэтому все большее распространение получают механизмы регуляторных песочниц, добровольных стандартов, независимой оценки рисков и отраслевых кодексов этики, позволяющие совершенствовать регулирование на основе практического опыта.
Узбекистан уже движется именно в этом направлении, последовательно формируя нормативную и институциональную основу развития искусственного интеллекта.
Государственная политика ориентирована на стимулирование внедрения ИИ-решений в экономику и государственное управление при одновременном развитии механизмов защиты данных, кибербезопасности и ответственного использования новых технологий. Такой подход позволяет сохранять баланс между инновациями и общественными интересами.
В этой связи WAICO может стать важной международной площадкой для обмена лучшими практиками регулирования, разработки совместимых стандартов, подготовки экспертов и проведения профессионального диалога между государством, бизнесом и научным сообществом.
Для Узбекистана участие в такой работе имеет особое значение, поскольку позволит учитывать международный опыт при совершенствовании национального законодательства, не снижая привлекательности страны для инвестиций и развития высокотехнологичного бизнеса.
Именно поиск этого баланса — между безопасностью, доверием и свободой инноваций — сегодня становится одним из ключевых условий успешного развития искусственного интеллекта, и международное сотрудничество в рамках WAICO способно существенно ускорить этот процесс.
— По каким конкретным результатам через два-три года можно будет судить, что участие Узбекистана в этой организации принесло реальную пользу? Какие шаги в сфере образования, инфраструктуры, законодательства и поддержки бизнеса стране желательно предпринять уже сейчас?
— О реальной эффективности участия Узбекистана в WAICO через два–три года можно будет судить по тому, насколько международное сотрудничество будет способствовать достижению национальных целей Стратегии развития искусственного интеллекта до 2030 года.
Прежде всего это запуск совместных проектов с государствами — участниками WAICO в области научных исследований, подготовки кадров, развития вычислительной инфраструктуры и внедрения искусственного интеллекта в приоритетные отрасли экономики.
Важным результатом станет участие узбекских университетов, исследовательских центров и технологических компаний в международных консорциумах и программах обмена знаниями.
Вторым показателем должно стать ускоренное развитие национальной ИИ-экосистемы: создание современных вычислительных мощностей, международных исследовательских лабораторий, развитие национальных языковых моделей и расширение практического применения искусственного интеллекта в государственном управлении, здравоохранении, сельском хозяйстве, промышленности, энергетике и других секторах экономики.
Не менее важным критерием станет совершенствование национальной системы регулирования. Международная практика показывает, что наиболее успешными становятся страны, которые одновременно развивают инновации и внедряют прозрачные механизмы управления рисками. Участие в WAICO позволит Узбекистану использовать лучшие международные подходы при разработке стандартов, механизмов оценки безопасности ИИ-систем, регуляторных песочниц и принципов ответственного использования искусственного интеллекта.
Отдельное значение имеет развитие инновационного предпринимательства. Одним из практических результатов должно стать расширение возможностей для отечественных стартапов, привлечение высокотехнологичных инвестиций, интеграция узбекских компаний в международные технологические цепочки и создание условий для экспорта отечественных ИИ-решений на региональные и глобальные рынки.
И наконец, важнейшим показателем станет переход Узбекистана от роли участника международных дискуссий к роли одного из активных разработчиков международной ИИ-повестки. Участие в профильных рабочих группах и экспертных комитетах WAICO, выдвижение собственных инициатив и реализация совместных проектов станут свидетельством того, что Узбекистан не только успешно реализует свою национальную стратегию развития искусственного интеллекта, но и вносит вклад в формирование международной системы сотрудничества в этой сфере.
