$15 млн уже сейчас: что изменит монетизация YouTube в Узбекистане

Глава Администрации президента Узбекистана Саида Мирзиёева в сентябре обсудила с вице-президентом Google Караном Бхатией возможность запуска монетизации YouTube в стране. Ранее Центр экономических исследований и реформ (ЦЭИР) оценивал, что при ее появлении видеоблогеры смогут зарабатывать на платформе от $28,8 млн до $50,4 млн в год. Kursiv Uzbekistan решил разобраться, насколько реалистична эта оценка, сколько на самом деле может приносить YouTube, как авторы зарабатывают сейчас и что изменится после подключения страны к YouTube Partner Program. Об этом мы поговорили с операционным директором Yoola и руководителем направления YouTube Relations Игорем Шевченко.

Оценка рынка

— Насколько реалистична оценка, что после запуска официальной монетизации YouTube-авторы в Узбекистане смогут получать в совокупности до $50 млн в год? На каких данных и показателях, на ваш взгляд, должна основываться корректная оценка потенциального объема рынка?

— Давайте порассуждаем об оценке и о том, что в нее может входить. Тут речь может идти о рекламе от Google и прямых интеграциях брендов. Текущая оценка в $30–50 млн в год построена не на совсем правильной математике. Кто-то просто умножил 36 миллиардов годовых просмотров из опубликованного отчета ЦЭИР на рекламный CPM/RPM (cost per mille/revenue per mille — стоимость за тысячу показов) — $0,8–1,4. Это в корне неверно, так как просмотры — это не рекламные показы, а рекламная выручка и выплаты авторам — разные суммы. Можно смело делить в три-четыре раза.

Авторы в Узбекистане уже сегодня генерируют около $15 млн в год через рекламную сеть Google, но, к сожалению, не в своей локали и не на своем рынке. AdSense (рекламный кабинет Google) в регионе доступен, однако, если делать видео на узбекском и ориентироваться на аудиторию страны, то, увы, автор тут может заработать только на рекламных контрактах с брендами.

Запуск официальной монетизации и легкий вывод средств помогут привести в YouTube Partner Program молодых и успешных талантов, которые смогут развиваться как внутри страны, так и использовать все передовые инструменты локализации. А с ростом доходов у креаторов должна расти и экосистема Google Ads, и все окружающие ее рекламные инструменты Google.

— Какого уровня RPM — дохода автора с тысячи просмотров — можно ожидать от аудитории непосредственно из Узбекистана? Насколько этот показатель может различаться в зависимости от тематики контента и географии аудитории канала?

— В реальности в начале не стоит ожидать RPM выше $0,5, и, скорее всего, он будет колебаться в диапазоне от $0,2 до $0,5. В Узбекистане очень большая аудитория и очень много контента. При этом рекламная сеть Google и присутствие в ней брендов не так велики. Нужно будет еще какое-то время после введения монетизации, чтобы в рекламную сеть пришел крупный и средний бизнес. Они уже работают с блогерами, но официальная монетизация дает возможность обеим сторонам — блогеру и бренду — увеличить свой доход.

Если же креаторы не будут фокусироваться только на аудитории из Узбекистана, а сразу начнут развиваться в сторону других регионов и языков, например английского, испанского или немецкого, либо отдельных стран Европы, то RPM может отличаться более чем в 10 раз.

Для стратегии на YouTube, если вы хотите реально зарабатывать, всегда были важны глобальная экспансия и выход на более дорогие Tier-1 рынки. Я уверен, что молодые и талантливые креаторы это сразу же поймут и будут активно работать с локализацией контента. Это не означает, что каналы на узбекском как-то от этого пострадают. Скорее наоборот, появится возможность доносить свой контент, рассказывать о своей культуре и строить глобальный бренд.

Авторы и развитие рынка

— Как сегодня YouTube-авторы в Узбекистане монетизируют свою аудиторию при отсутствии полноценного доступа к YouTube Partner Program? Насколько существующие модели по доходности отличаются от прямой монетизации YouTube?

— Все крупные креаторы из Узбекистана уже более 10 лет монетизируют свой контент на YouTube. Наша компания Yoola активно представлена в стране и работает с сотнями креаторов из Узбекистана, предоставляя им не только финансовые инструменты, но и музыкальную платформу, реферальную программу, коллаборации с брендами и еще огромное количество сервисов для роста канала — от обложек и SEO до помощи с налогами и аналитики условных конкурентов. Все это позволяет значительно увеличить доход канала и нарастить аудиторию. Мы уже 15 лет в этом деле и знаем, как быстро это делать. Ну и, как я уже говорил, в стране доступна регистрация аккаунтов Google AdSense, а значит, получать и выводить деньги все могут без проблем.

Всегда есть и будут прямые рекламные интеграции и различные спецпроекты с брендами. Для некоторых креаторов именно такие сделки являются альтернативой и локомотивом их прибыли. Как показывает практика, сделки с брендами приносят больше прибыли, чем прямая монетизация YouTube. Вот тут тоже есть множество подводных камней для креатора, который работает без менеджера или агентства: договоры, налоги, юрлица, согласование брифа, правки и другие процессы, которые обычно все усложняют. Поэтому и существует огромное количество креаторов и сетей каналов, которым достаточно монетизации от самого YouTube и которые не готовы тратить свое время и силы на бесконечные согласования и переговоры с брендами.

— Что может измениться на рынке в первые один-два года после запуска официальной монетизации — с точки зрения количества профессиональных авторов, объема и качества контента, а также интереса рекламодателей?

— Рост и спрос будут колоссальными. Мы видим, что многие локальные авторы могут бросать свои YouTube каналы, так как производят контент на родном языке и их доля аудитории на 75–80% из Узбекистана. Локализацию они не используют, и, соответственно, приток аудитории происходит только внутри страны. Сейчас же, когда это изменится, самое время музыкантам, артистам, актерам, блогерам и другим разноплановым креаторам сделать фокус на YouTube и развивать свои каналы.

В первое время будет, скорее, преобладать профессиональный контент — музыка, сериалы, фильмы, ТВ и прочее. Эта ниша всегда была самой развитой на YouTube в Узбекистане.

Сразу после этого на платформе начнут расти и независимые креаторы, фокус начнет серьезно смещаться в сторону гейминга, MFK, музыки и другого развлекательного контента. Это столпы YouTube, и с ними с большим трудом может потягаться любой профессиональный контент.

Запуск монетизации

— Какие основные препятствия для полноценного запуска монетизации YouTube в Узбекистане сохраняются сегодня? Что, на ваш взгляд, еще необходимо сделать для подключения страны к YouTube Partner Program?

— Это сугубо волевое решение YouTube/Google. Рынок был готов к монетизации много лет назад. Наконец-то YouTube рассмотрел такую жемчужину, как Узбекистан. В последние годы компания запускает монетизацию в странах, где население в лучшем случае составляет 2–3 млн человек, а крупных креаторов можно пересчитать по пальцам одной руки. И это на фоне почти 40-миллионного Узбекистана. Мало того, YouTube прекрасно знает, какие крупные и состоявшиеся каналы и сети каналов есть в Узбекистане, и понимает, что потенциал для роста рынка просто невероятный.

У нас с коллегами из главного офиса YouTube не бывает личных встреч, на которых мы бы не вспомнили и не подчеркнули, насколько важным и экономически выгодным был бы запуск YouTube Partner Program в Узбекистане — как для самой Google, так и для авторов и брендов.

Мы внутри Yoola много раз обсуждали, как это могло бы выглядеть, и считаем, что классического запуска YouTube Partner Program в Узбекистане недостаточно. В стране нужно как можно скорее запускать и YouTube Music, а также все Premium-функции вокруг него. Как я уже говорил выше, преобладающий сегмент в Узбекистане — профессиональный контент, и музыка находится на первом месте. Чтобы запуск был ошеломляющим и произвел настоящий бум, YouTube Music должен появиться максимально быстро, без затягивания еще на десятилетия.