«Депозитный бум» в Узбекистане: причины и перспективы

Мы продолжаем серию публикаций о состоянии банковского сектора Республики Узбекистан и перспективах его развития с точки зрения рейтингового агентства Fitch Ratings. В предыдущих публикациях мы обсуждали качество активов узбекских банков, долларизацию и позитивные изменения в операционной среде.

Сейчас мы бы хотели обратиться к структуре фондирования банков Узбекистана, поскольку мы видим интересную динамику в последнее время.

Быстрый рост клиентских остатков в банках

Средства клиентов в банках Узбекистана росли в последние годы высокими темпами: в среднем они увеличивались на 28% в год за 2022-2025 гг., а за первое полугодие 2026 года рост составил 27% в годовом выражении. Соответственно, доля клиентских депозитов в общей структуре фондирования банковского сектора Узбекистана выросла, хотя еще остается всего лишь чуть выше 50% (по сравнению с примерно 40% несколько лет назад). Это значительно ниже, чем в других странах региона, где клиентское фондирование составляет подавляющую долю обязательств банковских секторов.

Интересна динамика роста депозитов в разрезе по клиентам. Как известно, исторически бóльшую часть клиентских средств составляли средства юридических лиц, включая значительный объем фондирования от правительства и других государственных структур (особенно в государственных банках). Среднегодовой рост клиентских остатков в данном сегменте за последние 4 года составил 22%. При этом депозиты физических лиц росли опережающими темпами (в среднем на 42% в год за тот же период), в том числе за счет эффекта низкой базы. Соответственно, доля депозитов физлиц в общей структуре клиентского фондирования быстро росла, приблизившись к 40% в последние годы.

Однако начиная с прошлого года произошел разворот тренда: в 2025 году впервые за многие годы депозиты юрлиц росли быстрее (39% против 30% у физлиц), а в первое полугодие 2026 г. эта тенденция продолжилась (29% и 24% в годовом выражении, соответственно). Пока рано утверждать, насколько устойчив этот тренд. Интересно, что оно совпало по времени с достаточно заметным снижением среднерыночных ставок по срочным депозитам (19,9% в апреле 2026 г., что почти на 2 процентных пункта ниже, чем годом ранее).

В целом, быстрый рост депозитов способствовал снижению зависимости узбекских банков от государственного и внешнего фондирования. Коэффициент отношения совокупных кредитов к совокупным депозитам (loans/deposits) – основная метрика в нашем рейтинговом анализе, которая показывает, как банки фондируют свои операции по кредитованию – значительно снизился за последние годы. По данным ЦБУ, он составил 136% на 1 июля 2026 г.; для сравнения, на конец 2023 г. он равнялся 195%.

Что способствует росту депозитной базы

На наш взгляд, вычленить одну основную причину устойчивого роста депозитной базы банков Узбекистана в последние годы сложно. Скорее речь идет о комбинации факторов. Выделим среди них основные.

Во-первых, сохраняющиеся высокие реальные процентные ставки. Основная ставка ЦБУ остается на высоком уровне (14% с марта прошлого года), а годовая инфляция заметно замедлилась (6,4% в июне 2026 г., на 2,3 процентных пункта ниже, чем годом ранее). Хотя рыночные ставки по депозитам снизились в последнее время, они все еще остаются в среднем около 20%, что обеспечивает высокую привлекательность депозитов как средства сбережений.

Во-вторых, стабилизация курса национальной валюты. Как известно, в предыдущие годы курс сума по отношению к доллару неуклонно снижался, хотя и в довольно узких рамках (5%-10% ежегодно). Однако в 2025 г., на фоне слабеющего доллара и улучшении ситуации с платежным балансом, курс сума укрепился на 7% к доллару и остается стабильным в этом году. Соответственно, привлекательность сумовых депозитов, ставки по которым значительно выше, чем по валютным, еще больше выросла. Это объясняет быструю дедолларизацию клиентских остатков банков: доля валютных депозитов от совокупного объема на 1 июля 2026 г. составляла только 19%, сократившись более чем вдвое по сравнению с уровнями 2021-2022 гг. Долларизация депозитов в Узбекистане является сейчас самой низкой среди стран Центральной Азии и Кавказа, где мы осуществляем рейтинговое покрытие банков.

Кроме того, позитивным фактором для привлечения средств клиентов в банки являются меры правительства и ЦБУ по обелению экономики и выводу из тени значительной доли экономической активности. Они включают цифровизацию государственных услуг, усиление надзора за сомнительными операциями, запрещение расчетов наличными по ряду типов сделок, а также стимулирующие меры налогового характера для бизнеса.

С нашей точки зрения, цифровизация банковских услуг в целом приводит к улучшению клиентского опыта, упрощению процедур открытия вкладов и переводов, предоставлению гибких условий. Все это дополнительно способствует росту интереса граждан и юридических лиц к депозитам.

Дополнительным фактором роста депозитной базы является также значительный объем трансграничных денежных переводов (в основном из России), который в значительной части проходит через банковскую систему. По данным ЦБУ, в 2025 году объем переводов составил рекордные 18,9 млрд долларов. Это объясняется во многом укреплением номинального курса рубля, благодаря чему объемы переводов в пересчете на доллары и сумы стали выше.

Ситуация не такая однозначная: в госбанках структура фондирования отличается

Рост объемов средств клиентов отмечается как в государственных, так и частных банках. Однако негосударственные (частные и иностранные) банки по-прежнему играют важную роль на рынке депозитов. На их долю приходится около половины всех депозитов в банковской системе Узбекистана, и они в большинстве фондируются преимущественно за счет средств клиентов: коэффициент loans/deposits для них составлял 97% на 1 июля 2026 г.

В государственных банках структура фондирования имеет существенные отличия. Доля клиентских средств в госбанках значительно ниже, поэтому коэффициент loans/deposits почти вдвое выше (171%). Дело в том, что государственные банки исторически фондировались в основном за счет двух источников: средств государства (предоставляемых в основном на финансирование льготного кредитования по госпрограммам) и внешнего фондирования от иностранных банков и институтов развития. Благодаря тесной связи с государством и прямой поддержке от государства госбанки, как правило, имеют значительно более высокие рейтинги дефолта эмитента, чем частные (на одном уровне с суверенным рейтингом либо чуть ниже), что способствует значительно лучшему доступу на мировые финансовые рынки. В рамках трансформации своих бизнес-моделей большинство государственных банков приоритизировало привлечение средств клиентов, однако они все еще не стали основным источником фондирования для этих банков.

Что дальше

Мы ожидаем, что тенденция роста депозитной базы банков Узбекистана продолжится в ближайшие годы, учитывая все еще большой объем средств на руках у населения и в теневом сегменте экономики, которые можно привлечь в банковскую систему. При этом темпы роста клиентских остатков, вероятно, замедлятся по мере снижения реальных процентных ставок. Дальнейшее снижение доли валютных депозитов возможно, однако мы не считаем, что она упадет ниже 15%.

Однако мы не предполагаем, что депозиты заместят внешнее и государственное фондирование. По нашему мнению, коэффициент loans/deposits может стабилизироваться в районе 120%-130% в среднесрочной перспективе. Мы видим, как государственные и частные банки активизировали привлечение более долгосрочного фондирования от зарубежных банков и институтов развития, а также вышли на рынки долгового капитала. Мы ожидаем продолжения этой тенденции, учитывая текущую благоприятную рыночную конъюнктуру для эмитентов из Узбекистана. Однако это несет потенциальные среднесрочные риски для банков и является одной из структурных слабостей банковского сектора страны. Впрочем, это тема для отдельного материала.